Четыре дня в иммиграционной полиции: как меня депортировали из Малайзии

«Я голодал, мерз, болел, мне не дали вызвать врача и позвонить консулу, меня забыли посадить на самолет, держали четыре дня вместо двух и порвали рубашку»Воспоминания Вовы. Декабрь 2018.

У нас уже заканчивалось время пребывания в Малайзии (по штампу), и мы собирались выезжать в Таиланд. И вдруг Вове сообщили, что он прошел отбор в кастинге, и ему предлагают сняться в рекламе машинного масла в Куала-Лумпуре за $2000.

Маша сразу поехала в Таиланд (с другом-путешественником Алексом), Вова полетел визараниться в Индонезию: по плану, Вова должен был сняться в рекламе и догнать Машу в Таиланде.

Дневниковые записи Вовы

13 декабря 2018

Меня депортируют.

Предпосылкой к этому стал мой визаран в Индонезию. Туда я полетел, так как действие штампа пребывания в Малайзии заканчивалось. Мне нужно было вернуться в Малайзию еще на неделю. Я выбрал город Палембанг из-за дешевизны билетов. Пробыл там всего там один день и одну ночь по Couchsurfing.

По возвращении в Куала-Лумпур на паспортном контроле офицер написал бумажку, вложил в мой паспорт и попросил меня пройти в иммиграционный офис. Там мне задали несколько вопросов и сказали, что меня депортируют.

Я был очень расстроен, т.к. потерял работу на 2000 долларов, и еле справился с нахлынувшими на меня эмоциями. Чуть не нагрубил Маше за ее неудачную шутку. Мой основной рюкзак c вещами и банковскими картами остался в Куала-Лумпуре в хостеле. Я заранее попросил за ним присмотреть англичанина Иена. Сейчас я через Машу просил его привезти мне рюкзак в аэропорт.

В иммиграционке подробное описание моей проблемы ничего не решило. В Таиланд меня выпускать отказались. Вещи тоже, сказали, нет никакой возможности передать.

Holding room, Immigration office. Все фото из Куала-Лумпура (КЛ) сняты после освобождения

Ситуацию я успел немного объяснить Маше и написал родителям, что меня депортируют. У меня описали телефон и забрали паспорт. Проводили в комнату задержания (Holding room).

Вове предложили депортацию на выбор: в Беларусь за свой счет или обратно в Палембанг за их счет. Вова, конечно, выбрал Палембанг.

(Здесь и далее красный курсив – комментарии Маши.)

Связи нет, книжек нет, вокруг одни индусы, индонезийцы и китайцы. По-английски почти никто не говорит. Человек около 80, я – единственный белый. Все сидят в небольшом зале со стульями, где воняет и повсюду люди. Периодически, прячась от охраны, народ курит в углу помещения. Кондиционер работает так, что мерзнут все, даже те, кто прилетел в куртках. Причиной отправления меня в этот эмиграционный «лагерь» было нарушение иммиграционного закона Малайзии, по которому я, оказывается, мог вернуться в страну только после 7 дней пребывания вне ее границ.

Пам-пам-пам.

Вечером принесли еду – часов где-то в 11. Но она была вся со специями, жареная и острая.

У Вовы случилось обострение гастрита, поэтому ему необходимо было специальное питание.

Я попросил охрану AirAsia принести мне что-нибудь другое, сославшись на заболевание живота и описав свою диету. Они обещали предупредить людей, которые этим занимаются, чего, конечно, не сделали.

14 декабря

На завтрак мне принесли жареный рис с овощами. Я решил отказаться, хотя прошло уже больше 20 часов с момента последней трапезы.

Напомнив пару раз о своей проблеме, я понял, что они не пытаются что-то предпринять. Я решил сымитировать приступ панкреатита. На жалобы на боль и плохое самочувствие реакции никакой не последовало.

На просьбы вызвать врача не отвечали. Пришлось пару раз на них прикрикнуть. Безразмерная охранница AirAsia соизволила куда-то сходить. Вернувшись, ответила, что за врача надо платить наличными. Наличных у меня было всего 80 рингит (20$). На просьбы разрешить мне сходить в банкомат, в аптеку за лекарствами или за едой снова не реагировали. На обед мне удалось извлечь немного риса из блюда (рис с жареными овощами).

Единственным плюсом этой ситуации было то, что мне разрешили сидеть не в комнате, где холодно и воняет, а неподалеку от туалета, где гораздо теплее.

Теперь я решил проводить время в туалете. Слава богу, он чистый, с бумагой и жидкостью для дезинфекции. Тут я и пишу эти заметки. Периодически делаю зарядку, чищу и дезинфицирую стены.

Охранники AirAsia поменялись, и я решил брать их штурмом. Я сразу наехал на них и заставил позвать человека, ответственного за заказ еды, ибо они все время ссылались на иммиграционку, а иммиграционка – на них.

Охранники опять поменялись. Я уточнил у них, все ли в порядке с моей едой. Надежда на постное питание еще осталась. Теперь вроде все в курсе моей ситуации. Хожу в туалет, чтобы немного побыть в тишине. Заняться вообще нечем. Решил вести эти заметки. Надеюсь, Маша и родители не сильно волнуются. Появилась идея: если при посадке на самолет в Палембанг мне вернут паспорт, сбежать и купить с телефона билет отсюда сразу в Таиланд. Т.к. из Палембанга в Таиланд рейсов нет.

Удалось раздобыть штору, чтобы накрываться: китайская женщина поделилась.

Когда я отлучился в туалет, штору украли.

15 декабря

Я в Бангкоке, Вовин рюкзак в Куала-Лумпуре, Вова непонятно где – с момента задержания он уже 2 дня не выходит на связь.

По Viber Out я дозвонилась в Международный Аэропорт Куала-Лумпура KLIA 2 и расспросила офицера. Он сказал, что Вова у них, ожидает депортации. Когда его депортируют – неизвестно: Вову вместе с другими задерживаемыми передали под опеку AirAsia, у них «полный сервис и вообще все в порядке». 

Мне повезло, что я была не одна. Алекс положил мне пару долларов на Viber Out (у меня самой не работал интернет-банкинг), благодаря чему я смогла дозвониться в КЛ, и один раз разговаривал с сотрудником аэропорта, когда у меня из-за рыданий временно отключился дар речи.

Я не представляю, как справляется с эмоциями Вова один. 

Итак, непонятно, почему Вову держат так долго, но мы с его родителями теперь хотя бы знаем, где он и как.

Спал отлично, пару раз удалось поговорить с офицером. Она сказала, что сегодня меня должны депортировать.

Утром привезли жареные макароны. Пока охрана отвлеклась, я сбежал в иммиграционку и попытался объяснить им всю ситуацию о диете.

Ужас в том, что даже там не говорят по-английски. Я объясняю «вареные яйца», показываю руками, они понимающе кивают «А-а-а-а», я смотрю на их открытые рты – они ничего не понимают. Тогда я оттуда сбежал в офис AirAsia. Попытался им объяснить свою проблему, но там тоже никто не хотел слушать. Я стал просить поговорить с менеджером. Как всегда, они его не позвали, пообещали предоставить мне еду в течение часа, чего, конечно, не произошло. Лучше бы просто сбежал в кафе поесть.

Пока сходить за едой не удалось.

Телефон так и не вернули, связи нет. Буду пробовать сбежать и написать Маше письмо.

Наконец-то мне принесли диетическую еду. Скука неимоверная, сплю целыми днями.

 …

Получилось сбежать от охраны и через компьютеры с бесплатным интернетом отправить письмо Маше о том, что со мной все в порядке.

Вовино сообщение: «Я еще в иммиграционке. Жив-здоров. Сегодня или завтра уже должны депортировать. Я сбежал ненадолго, чтоб тебе написать. Передай моим родителям тоже. У меня забрали телефон. Как только вернут, сразу напишу»

 

Компьютеры с интернетом

В туалете, чтобы хоть чем-то заняться, делал зарядку. Занимался испанским.

Сбежал от охраны в 4-й раз, пробился к стойке AirAsia, при мне менеджер забронировал мне билет. Сказал, что я улетаю завтра в 6:55 утра.

16 декабря

Утром про мою еду не забыли, зато забыли передать документ в иммиграционку. Я пропустил самолет.

В списках охраны моего билета не было. Я пытался объяснить охране, что у меня самолет, но меня не пускали ни в иммиграционку, ни к стойке AirAsia. При смене охраны удалось сбежать к офису AirAsia.

Да, действительно, мой билет лежал прямо на стойке с оторванным корешком. Не знаю, что было бы, если бы я не дошел туда.

Когда я понял, что они забыли про мой билет, я чуть не взорвался от злости, разочарования и обиды. Из-за их некомпетентности мне придется провести здесь еще некоторое время – до завтра точно.

Очень сложно успокоиться.

Охрану усилили.

В связи с развивающимися событиями принял решение дождаться в туалете кого-нибудь, кто говорит по-английски, и попросить написать жене и родителям. Поговорив с пожилым британцем, объяснил ему ситуацию и попросил отправить сообщение.

Перевод с англ.: «Сообщение для Маши: Владимир застрял в терминале К2 аэропорта Куала-Лумпура. У сотрудников его паспорт и телефон, но они говорят, что потеряли их. Говорят, он должен ждать. Он там 4 дня. Ему нужна помощь российского консульства. Мы также отправили сообщение его отцу в WhatsApp».

Получив письма, мы с Вовиными родителями поняли, что нужно что-то предпринимать. Новость о потере паспорта не радовала вообще. Я позвонила в Посольство Республики Беларусь в Республике Индонезии, и второй секретарь Посольства Денис Ледян отправил в КЛ официальный запрос информации о Вовиной ситуации. Еще сообщил, что при визаране Вове нужно было выждать 7 дней, прежде чем возвращаться в Малайзию. 

Было удивительно и прекрасно общаться по-русски с человеком своего менталитета, который делал все, чтобы помочь. 

Письменно продублировала свой запрос

Письмо-запрос в КЛ ранним вечером отправили, оно высветилось как прочитанное, а реакция последовала наутро (см. ниже). 

Обед, как и ожидалось, мне не принесли.

Я попросил позвать менеджера. С горем пополам получилось: пришел сотрудник AirAsia и сказал:
­– Ваш новый билет уже в иммиграционном офисе.
– Спасибо. Что с моей едой?
– Ничего.
– Что вы будете делать, чтобы решить проблему?
– Ничего.
– Вы можете позвать кого-нибудь, кто сможет что-нибудь сделать?

Он просто сбежал.

Тогда я на повышенных тонах попросил позвать начальника охраны, охранники отказались. Я попросил позвать кого-нибудь из иммиграционки, на что тоже получил отказ.

Принял решение идти напролом. Убежал через холл.

Двух охранников удалось миновать, третий успел схватить меня за рубашку сзади и порвать ее. Подскочили остальные два и попытались меня скрутить. Я расслабился и лег на пол. Они опешили.

Я вскочил и попытался опять пройти. Они заломали мне руки.

Я начал кричать: «Помогите! Меня не кормят!»

Они испугались. Я спокойным шагом прошел в иммиграционный офис. Там я еще раз попытался объяснить ситуацию и попросил предоставить мне еду. Попросил телефон для звонка консулу. Мне отказали.

Денис Ледян, второй секретарь Посольства РБ в Республике Индонезия: «Это нарушение Венской конвенции 1961 года. Владимир имел право на звонок консулу».

Порванная рубашка

Я стал спрашивать персонал AirAsia, зачем они порвали мои вещи. Они стали отнекиваться, я еще раз попросил их позвать начальство. Меня проводили обратно в комнату.

Я взял блокнот и ручку и пошел записывать имена охраны. Пришел начальник. Тогда я решил записать и его имя. Он испугался и в грубой форме вырвал у меня листок.

Я описал ему ситуацию. Он пообещал мне новую рубашку и предложил байку из забытых вещей. Сказал, что еду мне сейчас принесут. Купил мне кофе (который мне нельзя).

Также охранник вечером обещал попросить в иммиграционном офисе мой телефон, чтобы я мог написать Маше.

Зато неплохо развлекся. Хоть не так скучно. Пошел в душ в туалете. (При азиатских унитазах часто бывают такие санитарные шланги.)

Вечером так никто и не пришел. Ни звонка Маше, ни обещанной рубашки я не получил. Зато мне принесли еду.

17 декабря

В 5 утра офицер иммиграционки пришел забрать меня и толпу индусов на самолет. Паспорт мне так и не вернули – вернули только телефон. Удалось позвонить Маше и родителям.

Утром в посольство РБ в Индонезии пришел ответ из Куала-Лумпура о том, что с Вовой все в порядке, его сегодня же депортируют. Секретарь сказал мне, что индонезийцы могут и не поставить Вове штамп в паспорт, потому что он уже был в Индонезии 2 раза в этом году. 

По прилету в Индонезию мой паспорт стюардесса передала охраннику AirAsia. Штамп о прибытии в Индонезию мне не поставили. Проводили в офис AirAsia. Под их надсмотром я купил билет в Пхукет на завтра с пересадкой в КЛ без выхода из транзитной зоны.

Мы с Вовиным папой беспокоились по поводу этой пересадки в злополучном Куала-Лумпуре. Но сотрудники авиакомпании подтвердили Вове, что ничего страшного.

Мне принесли еды. Просто пир!

В Палембанге, Индонезия, нет Holding room для депортируемых, поэтому Вову держали в местном офисе AirAsia

Интернет со своих телефонов мне раздают сотрудники. Сводили в душ (в туалет со шлангом). Постирал вещи.

Спать лег на полу – мне дали матрас и новое одеяло AirAsia. Ночью по мне бегал огромный таракан.

В 5 утра меня разбудили и попросили перелечь на стулья.

Мне вернули паспорт только перед вылетом из Индонезии, прямо перед самолетом.

Конец дневниковых записей.

 

Вова снова прилетел в Международный аэропорт Куала-Лумпура KLIA 2, уже как свободный человек на пути в Таиланд. Ему было не по себе, но он прошелся по транзитной зоне с телефоном и сфотографировал знакомые места.

Через несколько часов улетел в Таиланд налегке (рюкзак остался в Куала-Лумпуре), так и не снявшись в рекламе, в порванной рубашке.

Позже написал жалобу в AirAsia, но они ее принимать отказались по причине того, что нет билета на рейс, с которым была связана проблема.

По сути, именно сотрудники авиакомпании ответственны за все нарушения: они содержали задержанных, они потеряли первый билет для депортации, отказали в звонке консулу и визите врача.

… 19 декабря мы наконец встретились в Таиланде.

Примерно через месяц приехал друг Иен: во время своего визарана из Малайзии он привез Вовин рюкзак.

Маша, Иен и Вова в Таиланде

У Вовы после этой истории появился запрет на въезд в Малайзию (на полгода), плед AirAsia (на несколько месяцев) и нелюбовь к этой авиакомпании (надолго). Рубашку зашил.

Поделиться
Отправить
Класснуть

Четыре дня в иммиграционной полиции: как меня депортировали из Малайзии: 4 комментария

  1. Я читаю это все, и представляю, что бы было со мной если бы, я тогда в КЛ не сбежал, когда офицер на границе повёл меня в миграционный офис. Это ещё одна история, в том же месте, но немного другими раскладами, если ты прочтёшь этот комент, напиши пожалуйста на Вотсап +7983128****, я расскажу тебе эту «захватывающую историю».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *