Монголия

Монголия стала для нас хорошей подготовкой к Китаю: почти никто здесь не знает английский и русский. Разве что продвинутая молодежь и некоторые люди постарше соответственно. Разговорники практически бессильны: кириллица произносится совсем не так, как мы привыкли, а картаво-клокочущее «л» в слове «баярлаа» («спасибо») у нас только через неделю стало иногда получаться. В общем, нас не понимали.

Визовая политика

Белорусы могут находиться в Монголии без визы до 90 дней.

Мы ехали по маршруту Улан-Удэ — Улан-Батор, въезд через погранпереход Кяхта. Пешком границу проходить нельзя, поэтому мы попросились в машину. Местные зарабатывают деньги на провозе людей, и мы решили, что автостоп автостопом, но ветер холодный и проще заплатить. Отдали водителю последние российские рубли.

На российской стороне наши паспорта долго вертели в руках — слишком много штампов накопилось за последние 4 месяца: «И что, цель всех этих поездок — туризм?»

На монгольской стороне заполнили миграционные карты. Там есть вопросы с подвохом: нужно указать адрес и телефон тех, к кому едешь. Рекомендуем заранее найти в интернете данные какого-нибудь отеля. Так как мы до последнего момента не знали координаты нашего workaway-хоста, написали «Улан-Батор» и свои белорусские номера телефонов. Пара минут — и нас все-таки пропустили.

Монголы

Монголия — страна контрастная. Здесь традиции переплетаются с современными веяниями, в юрте мы слушали лекции о гербалайфе, а по улицам вперемешку с людьми, одетыми по-европейски, ходят люди, которые выглядят так, будто они направляются на выставку национальных костюмов.

А вообще монголы доброжелательные и отзывчивые. Автостоп довольно хороший, из особенностей — в связи с огромными размерами страны подвезти могут на несколько сотен километров, но если вы едете без денег («мунго байхкью»), об этом нужно предупреждать — бомбить любят многие. Все, что вы хотите сообщить остановившемуся водителю, лучше заранее перевести и написать. Когда Маша впервые начала зачитывать с бумажки текст, водитель поморщился и забрал бумажку. С тех пор мы ее сразу совали в руки водителям.

Один из подвозивших по дороге в Улан-Батор пригласил нас в гости к своему брату-пастуху, так мы в первый раз попали в гер (монгольская юрта). Женщины топили печь кизяками, готовили буузы и монгольский чай, угощали и нас.

Мужчины настраивали спутниковое телевидение (электричество — от двух автомобильных аккумуляторов, которые заряжают дизельным генератором и солнечными батареями). Нас еще угостили водкой: Вова поддался. Выглядело это так: жена ставит на стол бутылку и одну рюмку. Глава семьи наливает мужчине справа от себя. Дожидается, пока он выпьет (или отопьет немного), причем без тоста, практически молча. Опять наливает. Дальше пьет следующий. Хозяин замыкает круг и снова наливает сидящему справа.

А другой водитель почти не говорил по-английски и по-русски. Мы общались через гугл-переводчик и с помощью опции «звонок другу» (русскоязычному). Но он накормил нас, привез к себе домой поспать, купил билеты на ночной поезд и посадил на него.

И потом еще много звонил, но общаться по телефону, к сожалению, было совсем трудно и непонятно.

Религия

В Монголии пышным цветом цветет буддизм: везде множество дацанов (буддийских храмов), а атрибутика буддизма украшает юрты. К счастью, религия, по нашим наблюдениям, никак не сказывается на поведении местных.

Буддийский монах:

Буддизм как бренд:

Монгольская кухня. Крах вегетарианства

В Китайском городке Хуайрен живет одна девочка, которая в кругосветке осталась вегетарианкой.

За бюджетной национальной кухней мы ходили в заведения для местных — столовые и еще кафе, спрятанные, например, на вещевом рынке. Туда, где нет англо-/русскоязычных вывесок, меню и персонала.

Иногда попытки перевести меню выглядели так:

Все порции — огромных размеров. Все блюда — с мясом. Если вдруг в меню обнаружилось что-то вегетарианское, в наличии этого нет.

Главным удивлением стал монгольский чай. Пишется «цай», произносится… что-то вроде «цэ».

Изредка в кафе можно найти обычный черный чай в пакетиках, но обычно его варят с молоком, сливочным маслом и солью. Иногда там плавают куски баранины. Или на дне чашки остается пшенная каша. Есть подозрение, что чай варят в не мытых после готовки котлах. Дома его наливают после мясного блюда в эту же пиалку.
Мы почти привыкли к этому напитку. Если бы не было денег, горячим монгольским чаем можно было бы даже наесться. А вот остывшим он противный.
Супы часто основаны на этом чае. На второе… Хотя какое «второе»? И первой порции еды хватит на двоих! Даже сами монголы часто оставляют еду на тарелках. В общем, вместо супа можно заказать рис/лапшу с мясом и овощами. Мясо — маленькими кусками, как в лагмане, или в виде бифштекса/котлеты. К этому всему могут положить омлет и салат «Столичный» (один-в-один наш новогодний оливье, только без горошка).

На фото — комплект за 5800 тугриков (2,3$): лапша с мясом и овощами, суп, цай, салат с соленьями, салат с макаронами и майонезом, суши с колбасой.

Популярны еще буузы (по-нашему пельмени) и пирошки (этакие чебуреки с мясом + овощами + рисом). Один пирошок стоит 600-900 тугриков (0,4-0,6$).
Итого: для бюджетного обеда хватит 5000-6000 тугриков (2-2,5$).

Жилье

Первые 5 дней (спасибо workaway!) мы жили в гере в Улан-Баторе, столице Монголии.

Здесь геры стоят рядом с деревянными и высотными домами, и в том, чтобы жить в гере, нет ничего необычного или зазорного.
А вот это домик нашей мечты:

Представили себе монгольского Карлсона?

Итак, 2/3 жителей Монголии живут в герах. Наша workaway-семья пробовала полгода снимать комнату в квартире. Не понравилось.

Бывает, что у одной семьи есть и дом, и гер. В последнем зимовать предпочтительнее, потому что теплее.

Это гер до утепления двери:

Маша и Симба шьют одеяло для обивки двери:

Гер после:

Гер — это действительно теплое жилище, обитое войлоком и укрытое брезентом. Посередине стоит печка, которую топят каменным углем (2000-3000 тугриков (1$) за мешок), полешками или кизяками.

Продажа дров и каменного угля на улице:

Труба уходит в круглое отверстие в потолке, его снаружи можно прикрыть или открыть.

Говорят, в старину люди с одного взгляда на небо в этом окошке определяли, какая будет погода сегодня и завтра. А мы недавно смотрим — а оттуда снег идет, прямо в дом.

Монгольская квартира-студия продумана до мелочей: справа от входа — кухонный шкафчик, стол и другие принадлежности. Слева — рукомойник.

Напротив входа в дальнем конце гера — стол для трапез.

Кровати распределены вдоль стены или, как у нас было, каждую ночь на полу раскладываются матрасы.

— Где же вы тут, в деревне, моетесь?
— А вунь у рэчке.
— А зимой?
— А колькі там той зімы!
(белорусский анекдот)

Проблему душа решают так: можно нагреть воды в большие тазики и помыться посреди бела гера, а можно сходить в любой ближайший платный душ.

Расценки:
Душ (30 минут) — 2500 тугриков (1$)
Вдвоем в одной душевой кабине (45 минут) — 5000 тугриков
Баня с одним душем и парилкой, число участников не ограничено (1 час) — 6000 тугриков

Жить еще можно в хостелах, но Монголия научила нас искать самое дешевое жилье — это гостиницы, не отмеченные на maps.me и booking.com. Нужно уйти в сторону от центра и найти пошарпанное здание с вывеской «Hotel». Или без вывески вообще — такие можно отыскать по наводке местных. Пример: в приграничный город Алтанбулаг, продуваемый промозглыми монгольскими ветрами, мы приехали ночью, машин для автостопа почти не было. Люди, которые провезли нас через границу, подсказали вариант ночевки: гостиница (ночлежка) «Saara» была без вывески (еле нашли!) и без душа, с одним туалетом на два этажа. Одна комната обошлась в 16000 тугриков (6,4$).

В Улан-Баторе, выселившись из гера, мы через booking.com забронировали номер в хостеле «Garage», но когда мы туда доехали, нам отказали: предыдущие постояльцы захотели остаться еще на ночь, а слабохарактерная администратор не смогла им отказать.
Мы воспользовались вайфаем хостела, чтобы написать ему плохие отзывы, и без помощи сервисов отыскали местную гостиницу с номером за 25000 тугриков (10$).

А еще именно в Монголии мы впервые практически напросились на ночлег к местным. В городе Замын-Ууд поздно вечером постучались в приграничный гер. Разговор на body language: «Можно мы тут рядом с вами палатку поставим?» — «Холодно на улице, давайте в гер». — «Да мы тут на улице переночуем, все хорошо!» — «Идемте-идемте!» — «Ну хорошо, спасибо большое!»

Их было три человека: двое в кровати, один на полу. Тот, что на полу, подвинулся поближе к ЖК-телевизору, и мы постелили свои коврики-спальники рядом. Мы обменялись несколькими фразами, они предложили нам цаю, похихикали над нашим «баярлаа» («спасипа пальшое!») — мы себя чувствовали забавно и уютно.

Утром нас разбудили и отправили в теплый Китай. Кстати, о погоде.

Погода

Улан-Батор — самая холодная столица мира. В степной Монголии мало деревьев, дует ледяной ветер, и никуда от него не спрятаться.

Это один из центральных парков Улан-Батора:

В конце сентября днем плюсовая температура, ночью минусовая. Так что в Монголии здорово и колоритно, но мы рады, что уезжаем дальше греться.

P.S. Больше фото — в альбоме нашей группы Вконтакте.

Поделиться
Отправить
Класснуть

Монголия: 6 комментариев

  1. Крутые монгольские администраторы даже букинга не боятся!)))
    Хоть пословица «Курица — не птица, Монголия — не заграница» уже не актуальна, но «русский след» в меню прослеживается…

    1. Монгольские администраторы, как и многие монголы, не волнуются почем зря. Своеобразная, самобытная страна! И да, действительно «русский след» заметен!

  2. «едете без денег («мунго байхкью»)»

    нет такой фразы в монгольском языке.
    можно сказать «мөнгө байхгүй» но это тоже коряво, и звучит это не «мунго байхкью»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *